Верховный Суд пояснил, что если участник пари не прошел верификацию и его аккаунт был заблокированным, букмекерская контора не осуществила конвертацию обменных знаков в денежные средства, а это означает, что участником пари было передано цессионарию несуществующее требование
Одна из экспертов «АГ» полагает, что ВС занял позицию, которая ведет к излишнему формализму, зарегулированности и осуществлению любых простейших действий с использованием бесконечных «единых реестров». Другая, напротив, подержала подход Суда, так как он способствует соблюдению законности и защите интересов добросовестных участников гражданского оборота. Третья отметила, что к данной категории правоотношений неправомерно применение общих положений ГК об уступке требований из-за специфики букмекерской деятельности и необходимости производить выплату исключительно лицу, сделавшему ставку.
23 октября Верховный Суд вынес Определение № 305-ЭС25-5952 по делу № А40-270184/2023, в котором указал, что организатор азартной игры обязан выплатить выигрыш по интерактивной ставке именно на тот счет, с которого ставка была внесена, и иные способы выплаты выигрыша императивными нормами не допускаются.
ООО «УК НКС» осуществляет деятельность по организации и проведению азартных игр в букмекерских конторах под товарным знаком Winline. Букмекерская контора осуществляет деятельность по приему интерактивных ставок на интернет-сайте, используя для этих целей счет, открытый в кредитной организации, выполняющей функции единого центра учета переводов ставок (ЕЦУПС) на основании лицензии Банка России.
В период с 11 июля 2020 г. по 21 сентября 2023 г. Павел Бянкин заключал пари на спортивные события. В результате осуществляемых ставок на счету клиента согласно данным его личного кабинета числилось 1,1 млн руб. В 2022 и 2023 гг. игровой аккаунт Павла Бянкина был два раза подряд заблокирован сроком на один год. 29 сентября 2023 г. он заключил договор уступки права, по условиям которого передал Сергею Коняеву свои права требования выплаты выигрышей к «УК НКС», стоимость уступленного права составила 300 тыс. руб. Общество было уведомлено о состоявшейся уступке.
Поскольку Сергею Коняеву не выплатили выигрыш, он обратился в арбитражный суд с иском к «УК НКС» о взыскании задолженности в размере 1 млн руб., указав на неисполнение ответчиком обязанности по выплате выигрыша, право на получение которого получено истцом от участника пари Павла Бянкина на основании заключенного между ними договора цессии.
ООО «УК НКС» предъявило встречный иск, в котором просило признать договор уступки недействительным. Общество указало, что игровой аккаунт Павла Бянкина был заблокирован в связи с наличием у букмекерской конторы оснований полагать, что участник пари допускал нарушения Правил Winline, а именно осуществлял запрещенные групповые пари совместно со знакомыми ему лицами, имеющими игровые аккаунты. Кроме того, по доводам общества, оспариваемый договор уступки заключен с целью обойти установленные законом императивные правила учета лиц, принимающих участие в азартных играх, и выплаты выигрыша только на счет лица, от которого была принята интерактивная ставка.
Суд отказал в иске Сергея Коняева, удовлетворив встречные требования общества. Он исходил из того, что законодательством предусмотрен единственный порядок выплаты выигрышей, а именно выигрыш может быть выплачен исключительно участнику азартной игры на расчетный счет в ЕЦУПС, с которого была принята интерактивная ставка. Соответственно, если остаток на игровом счете является бесспорным (между участником азартной игры и организатором отсутствует спор о выигрыше), то единственным лицом, которое вправе конвертировать интерактивные обменные знаки игорного заведения в денежные средства, подлежащие выплате со счета, открытого в ЕЦУПС, является сам участник азартной игры, т.е. в данном случае Павел Бянкин.
При этом, как отметил суд, Сергей Коняев не представил в материалы дела доказательства того, что им было приобретено право на бесспорный выигрыш. В связи с обоснованными сомнениями в соблюдении правил приема ставок ответчик назначил Павлу Бянкину процедуру верификации. Не закончив проходить процедуру верификации, он заключил с истцом договор уступки права требования. Кроме того, в решении поясняется, что уступленные права невозможно определить в связи с отсутствием доказательств того, из каких конкретно сделок были переданы права на получение выигрыша. В частности, истец не представил доказательств количества спорных пари и их существенных условий, на основании которых возникли уступаемые требования. Таким образом, суд пришел к выводу о том, что на стороне общества не возникло обязательство по выплате выигрыша истцу, а договор уступки заключен с нарушением закона.
Вместе с тем апелляционный суд отменил это решение суда и удовлетворил первоначальные исковые требования, отказав в иске общества. Он исходил из того, что обязательство по выплате выигрыша является гражданско-правовым обязательством, возникшим в соответствии с договором, заключенным по правилам ст. 1063 ГК РФ организатором и участником азартной игры. По мнению апелляционной инстанции, исполнение данного обязательства предполагает выплату обществом денежных средств в пользу Павла Бянкина, и возможность уступки такого требования допускается гражданским законодательством. А уступка Павлом Бянкиным истцу права требования к обществу является обычной гражданско-правовой сделкой. При этом личность кредитора в спорах с букмекерскими конторами не имеет значения для целей ст. 383 ГК.
Доводы ответчика об осуществлении Павлом Бянкиным действий, направленных на обход требований Закона о противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма, были отклонены судом апелляционной инстанции как документально не подтвержденные. При этом, с точки зрения апелляции, Сергей Коняев не является участником азартных игр в букмекерской конторе, что освобождает общество от обязанности производить выплату в пользу истца со счета, открытого в ЕЦУПС. Как указано апелляционным судом, общество не лишено возможности оплатить задолженность с иных банковских счетов. Кассация согласилась с выводами апелляции.
Впоследствии «УК НКС» обратилось с кассационной жалобой в Верховный Суд, изучив которую, Судебная коллегия по экономическим спорам ВС отметила, что анализ Закона о государственном регулировании деятельности по организации и проведению азартных игр позволяет сделать вывод о том, что организатор азартных игр при заключении пари в интерактивном режиме не распоряжается денежными средствами игрока, не имеет доступа к специальному счету участника азартной игры в ЕЦУПС, а совершает действия только в отношении обменных знаков, не являющихся денежными средствами, а также осуществляет организационно-распорядительные действия по взаимодействию с ЕЦУПС по выплате последним выигрыша игроку. По смыслу п. 4 ст. 1063 ГК выигрыш выплачивается участнику азартной игры или участнику пари, если он признается выигравшим игру в соответствии с ее правилами. Нарушитель правил азартной игры права на получение выигрыша не имеет. Существо обязательства по выплате выигрыша с учетом приведенных норм законодательства заключается в том, что выигрыш по интерактивной ставке выплачивается только лицу, участнику азартной игры, которое было идентифицировано в соответствии с требованиями Закона о ПОД/ФТ, внесло интерактивную ставку со своего личного счета в ЕЦУПС, действовало самостоятельно и добросовестно, не нарушало установленные организатором игры правила, уточняется в определении.
Экономколлегия подчеркнула, что организатор азартной игры обязан выплатить выигрыш по интерактивной ставке именно на тот счет в ЕЦУПС, с которого интерактивная ставка была внесена, и иных способов выплаты выигрыша, полученного по интерактивной ставке, императивными нормами не допускается. Вопреки изложенному, суды апелляционной и кассационной инстанций не дали оценку существу обязательства по выплате выигрыша, полученного по интерактивной ставке, не учли обязательность идентификации участника азартной игры, т.е. лица, имеющего право на получение выигрыша в соответствии с Законом об азартных играх, что привело к неправильным выводам относительно удовлетворения предъявленного Сергеем Коняевым иска.
Как указал Суд, в данном случае участником интерактивной игры, делавшим ставки за счет средств, внесенных на счет в ЕЦУПС, являлся Павел Бянкин, который был вправе получить выигрыш как участник азартной игры с целью соблюдения императивных требований законодательства об организации азартных игр и законодательства о противодействии легализации доходов, полученных преступным путем. Ко дню заключения договора уступки игровой аккаунт Павла Бянкина был заблокирован за нарушение правил интерактивных пари. После состоявшейся блокировки Павел Бянкин не прошел процедуру верификации в виде видеозвонка для подтверждения личности. Верификация – это установленная правилами приема ставок процедура по обновлению сведений о клиенте в порядке ст. 7 Закона о ПОД/ФТ. Непрохождение верификации лишило организатора игры возможности убедиться в том, что аккаунт не был передан иному лицу, а также что доступ к аккаунту осуществляет лицо, которое ранее было идентифицировано в соответствии с требованиями подп. «б» п. 1 ч. 1 ст. 6.1 Закона об азартных играх в порядке, установленном Законом о ПОД/ФТ. Вместо повторного прохождения верификации Павел Бянкин заключил договор уступки, передав Сергею Коняеву право на получение предполагаемого выигрыша.
Вместе с тем ВС отметил, что уступленные Павлом Бянкиным права невозможно определить: истец не представил доказательств количества спорных пари и их существенных условий, на основании которых возникли уступаемые требования; указание лишь на денежную сумму не является определяющим для наличия самого права, в связи с чем предмет уступки нельзя признать согласованным. «Поскольку участник пари Павел Бянкин не прошел повторную верификацию и его игровой аккаунт оставался заблокированным в связи с нарушением им правил честной игры на основании п. 1.3 Правил Winline по причине участия в групповых пари в соответствии с призывами делать ставки в специализированных группах в социальных сетях, букмекерская контора не осуществила конвертацию обменных знаков в денежные средства, которые могли бы быть выплачены со счета участника пари, открытого в ЕЦУПС. Это означает, что Павлом Бянкиным было передано несуществующее требование и в связи с этим Сергей Коняев вправе обратиться к Павлу Бянкину с требованием об урегулировании имущественных последствий незаключенной сделки», – указала Судебная коллегия.
ВС подчеркнул: из п. 1 ст. 390 ГК вытекает, что действительность соглашения об уступке права (требования) не ставится в зависимость от действительности требования, которое передается новому кредитору. Неисполнение обязательства по передаче предмета соглашения об уступке права (требования) влечет ответственность передающей стороны, а не недействительность самого обязательства, на основании которого передается право. Данная позиция изложена в п. 1 Обзора практики применения арбитражными судами положений гл. 24 ГК (Информационное письмо Президиума ВАС РФ от 30 октября 2007 г. № 120) и согласуется с разъяснениями, данными в п. 8 Постановления Пленума ВС РФ от 21 декабря 2017 г. № 54 «О некоторых вопросах применения положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации о перемене лиц в обязательстве на основании сделки».
Судам апелляционной и кассационной инстанций при рассмотрении дела, как заметила Экономколлегия, следовало должным образом проверить доводы ответчика об отсутствии у Павла Бянкина права на получение выигрыша с последующей его уступкой в целях получения выигрыша не иначе как в обход закона, поскольку это направлено на предоставление возможности получения выигрыша лицом, в отношении которого не были проведены соответствующие процедуры идентификации и, соответственно, не могут быть приняты меры противодействия незаконным финансовым операциям, предписанные Законом об азартных играх и Законом о ПОД /ФТ.
Кроме того, Суд отметил: организатор азартной игры в Правилах Winline указал, что выгодоприобретателем по основанному на риске соглашению о выигрыше (пари) может являться исключительно сам клиент и не может являться любое другое лицо, включая близких родственников. В случае нарушения указанного существенного условия пари подлежит аннулированию, а клиент – перманентной блокировке. Букмекерская контора считает выгодоприобретателем владельца банковской карты или иного средства платежа. Также до заключения договора уступки приказом генерального директора общества «УК НКС» от 25 сентября 2023 г. была утверждена новая редакция Правил Winline, в том числе с дополнением запрета на уступку клиентом прав требования к букмекерской конторе третьим лицам, так как личность клиента имеет для букмекерской конторы существенное значение, добавил ВС.
При этом Экономколлегия не согласилась с высказанными апелляционным судом суждениями о том, что общество может оплатить задолженность с иных банковских счетов, поскольку действующее законодательство не предусматривает выплату выигрыша в рамках финансирования букмекерской конторой своей текущей хозяйственной деятельности, что являлось бы формой обхода требований Закона об азартных играх и Закона о ПОД/ФТ и грубым нарушением установленных правил государственного регулирования деятельности по организации и проведению азартных игр.
Таким образом, Верховный Суд отменил состоявшиеся по делу постановления арбитражных судов апелляционной и кассационной инстанций, оставив без изменения решение первой инстанции в части отказа в удовлетворении первоначального иска. При этом он не нашел оснований для удовлетворения встречного иска общества.
Адвокат, советник Nextons Мария Михеенкова отметила, что в данном деле Суд разрешил интересную и всегда актуальную коллизию. По ее мнению, суд первой инстанции занял формальную позицию, указав в том числе на недопустимость уступки права требования из организованных спортивных пари ввиду наличия специального регулирования относительно Единого центра учета переводов ставок букмекерских контор – возможности выплаты со счета в ЕЦУПС только в пользу самого участника пари: «Поэтому уступка права на получение такой выплаты и была признана недействительной».
По словам Марии Михеенковой, апелляционный и кассационный суды, напротив, отказались от формализма и указали среди прочего на то, что право на выплату – это обычная гражданско-правовая обязанность и должник не лишен возможности исполнить ее путем осуществления выплаты с иного счета, поэтому уступку сочли действительной. «ВС в этом случае поддержал суд первой инстанции и формальный подход. Согласиться с таким подходом сложно, поскольку это еще один шаг к излишнему формализму, зарегулированности и осуществлению любых простейших действий с использованием бесконечных “единых реестров”. Действующее правовое регулирование и без того движется в этом направлении с пугающей скоростью, и хотелось бы, чтобы Верховный Суд, напротив, корректировал этот процесс, а не усугублял его», – считает эксперт.
Анализируя данный спор, партнер юридической компании «ПРОЦЕСС» Наталья Карташова предположила, что уступка права была осуществлена с целью проведения неправомерной попытки получения выигрыша. Как отметила эксперт, фактически ВС установил, что непрохождение процедуры верификации эквивалентно отсутствию права требования. «В данном контексте можно предположить, что участники азартных игр стремились вывести средства и обойти правила верификации. Однако суд первой инстанции, тщательно оценив фактические обстоятельства дела, обоснованно отказал в удовлетворении иска, что поддержал ВС. Данный подход судебной системы заслуживает высокой оценки, так как он способствует соблюдению законности и защите интересов добросовестных участников гражданского оборота», – считает она.
Юрист практики недвижимости и строительства ART DE LEX Софья Бельская полагает, что к данной категории правоотношений неправомерно применение общих положений ГК об уступке требований из-за специфики букмекерской деятельности и необходимости производить выплату исключительно лицу, сделавшему ставку. Она подчеркнула, что личность клиента букмекерской организации предельно важна: возраст участника должен быть установлен организацией; личность игрока не должна влиять на результаты спортивных соревнований; сведения о подозрительных операциях и операциях на сумму выше 1 млн руб. передаются в Росфинмониторинг.
Софья Бельская отметила, что в целях противодействия «отмыванию» денежных средств и финансированию терроризма, а также с целью поддержания честности спортивной игры единственным лицом, которое вправе конвертировать интерактивные обменные знаки игорного заведения в денежные средства, является сам участник азартной игры, на расчетный счет которого была принята интерактивная ставка. Нарушитель правил азартной игры не имеет права на получение выигрыша. По ее мнению, в данном деле в действиях участника игры усматривается недобросовестное поведение: он не прошел процедуру верификации до конца; он не представил доказательств количества спорных пари; в договоре права требования не указано, что выигрыш не оспаривается букмекерской организацией; более того, аккаунт на момент заключения договора не был разблокирован.
«В связи с этим ВС верно определил, что на стороне букмекерской организации не возникло обязательство по выплате выигрыша участнику пари и, соответственно, истцу. В свою очередь, договор уступки был признан незаключенным, а не недействительным в связи с передачей несуществующего требования. Истец вправе обратиться к цеденту с требованием об урегулировании последствий незаключенной сделки, так как неисполнение обязательства по передаче предмета соглашения об уступке требования влечет ответственность передающей стороны, а не недействительность самого обязательства», – прокомментировала Софья Бельская.
