Он указал, что граждане вправе претендовать на компенсацию морального вреда в таких случаях, однако именно они должны доказать факт причинения нравственных страданий и обоснованность размера компенсации
Как отметила одна из экспертов «АГ», КС РФ разъяснил, что действующее законодательство не исключает возможности компенсации морального вреда, причиненного нарушением имущественных прав гражданина, но при этом именно заявитель несет бремя доказывания самого факта причинения морального вреда и обоснования размера денежной компенсации. Другой заметил, что именно недоказанность обстоятельств, входящих в предмет доказывания, послужила основанием для отказа в иске заявителя жалобы.
Конституционный Суд вынес Определение № 2914-О/2025 по жалобе на неконституционность ст. 150 «Нематериальные блага», 151 «Компенсация морального вреда» и 1101 «Способ и размер компенсации морального вреда» ГК РФ, а также ч. 2 и 5 ст. 15 «Объекты жилищных прав. Многоквартирный дом» ЖК РФ.
В 1997 г. Нина Сащикова приобрела в собственность земельный участок с расположенным на нем садовым домом. Право собственности на эту недвижимость было зарегистрировано за ней в том же году в установленном законом порядке. В 2019 г. право собственности на этот участок в судебном порядке признано за гражданином Б. В 2020 г. суд удовлетворил заявление о пересмотре по вновь открывшимся обстоятельствам вступившего в законную силу решения суда о признании за ним этого права, прекращено производство по соответствующему делу и прекращено право собственности Б. на этот участок. В период осуществления признанных за ним судом правомочий Б. разобрал располагавшийся на участке садовый дом.
Далее Нина Сащикова обратилась с иском к Б. о возмещении материального ущерба, причиненного демонтажем садового дома, и компенсации морального вреда. Суд отказал в удовлетворении иска со ссылкой на свидетельские показания о том, что спорное строение не ремонтировалось и находилось в полуразрушенном состоянии. Апелляция отменила это решение и частично удовлетворила иск, ссылаясь на то, что ответчиком не доказано наличие обстоятельств, освобождающих его от возмещения вреда по общим правилам гражданского законодательства.
Для определения размера ущерба назначалась судебная оценочная экспертиза, определившая стоимость утраченного садового дома. В ходе судебного заседания по делу эксперт пояснил, что объект оценивался в рамках сравнительного подхода, при этом площадь веранды при определении цены дома не учитывалась, поскольку она не считается жилой и не входит в общую зарегистрированную площадь.
При этом в части отказа в компенсации морального вреда решение суда первой инстанции было оставлено без изменения. Апелляционный суд отметил, что действиями ответчика были нарушены имущественные права истца, последним не представлены доказательства причинения морального вреда в результате нарушения личных неимущественных прав или посягательства на нематериальные блага. Далее кассация поддержала выводы апелляции, а Верховный Суд отказался рассматривать кассационную жалобу Сащиковой.
В своей жалобе в Конституционный Суд заявитель указала, что ст. 150, 151 и 1101 ГК РФ, а также ч. 2 и 5 ст. 15 ЖК РФ противоречат Конституции, поскольку не позволяют признавать уничтожение садового дома посягательством на личные неимущественные права и препятствуют выплате компенсации морального вреда, а также дают возможность признавать садовый дом жилым и осуществлять расчет его общей площади по правилам, предназначенным для жилья, используемого для постоянного проживания граждан.
Изучив представленные материалы, Конституционный Суд не нашел оснований для принятия этой жалобы к рассмотрению. При этом он, в частности, напомнил, что текущий механизм защиты указанных прав и благ, предоставляя гражданам возможность самостоятельно выбирать адекватные способы судебной защиты, не освобождает их от бремени доказывания самого факта причинения морального вреда и обоснования размера денежной компенсации. Следовательно, ст. 150, 151 и 1101 ГК РФ сами по себе не исключают возможности компенсации морального вреда, причиненного нарушением имущественных прав гражданина, и не могут ввиду этого расцениваться как нарушающие в указанном в жалобе аспекте конституционные права заявителя. Установление же того, имелись ли у судов основания для удовлетворения ее требований, и тем самым проверка правильности применения ими норм права в конкретном деле связаны с необходимостью исследования его фактических обстоятельств, что не входит в компетенцию КС РФ.
Что касается ч. 2 и 5 ст. 15 ЖК РФ, закрепляющих понятие жилого помещения и порядок определения его общей площади, то они действуют в рамках системы правового регулирования жилищных отношений. Эти нормы призваны обеспечить правовую определенность в соответствующей сфере и тем самым защитить интересы собственников помещений от несправедливого ухудшения их положения. Вместе с тем из представленных судебных решений не усматривается, что располагавшийся на земельном участке Нины Сащиковой садовый дом был признан жильем в установленном порядке, суды всех инстанций при рассмотрении дела заявителя не ссылались на нормы ЖК РФ. Таким образом, оспариваемые заявителем положения этого Кодекса также не могут рассматриваться в качестве нарушающих ее конституционные права.
Адвокат КА Новосибирской области «Бойко и партнеры» Светлана Немчинова отметила: в этом определении КС РФ разъяснил, что действующее законодательство не исключает возможности компенсации морального вреда, причиненного нарушением имущественных прав гражданина, но при этом именно заявитель несет бремя доказывания самого факта причинения морального вреда и обоснования размера денежной компенсации. «Исходя из моей практики суды в основном отказывают во взыскании морального вреда при нарушении имущественных прав, за исключением случаев, когда это прямо предусмотрено законом, к примеру Законом о защите прав потребителей. Обычно заявителю сложно представить доказательства наличия совокупности обязательных условий, в том числе факт причинения морального вреда, причинно-следственную связь между нарушением имущественного права и возникшими нравственными страданиями и их размер», – сочла она.
Юрист Алексей Спелов полагает, что судами общей юрисдикции был рассмотрен неординарный спор, итоги разрешения этого дела послужили основанием для обращения в Конституционный Суд. «Пожалуй, исходя из морально-этических норм, можно встать на сторону заявителя, ее позиция понятна. Ответчиком был разобран садовый дом, который принадлежал заявителю в отсутствие оснований, как впоследствии было установлено судами. Нарушение имущественных прав суды усмотрели, а во взыскании компенсации морального вреда отказали. При этом трудно не согласиться с позицией КС РФ: для взыскания компенсации морального вреда именно истцу нужно доказать факт причинения нравственных страданий и размер компенсации. Доказывание осуществляется на общих основаниях. Презумпция в данном случае, в отличие, например, от дел, связанных с защитой прав потребителей, не установлена. Недоказанность обстоятельств, входящих в предмет доказывания, послужила основанием для отказа в иске», – отметил он.
