Второй КСОЮ отменил постановление районного суда и апелляционное постановление Тверского областного суда о возвращении уголовного дела прокурору. Как отмечается в кассационном постановлении, «само по себе использование лицами, чья речь записана на фонограмму, оскорбительных и ненормативных слов и выражений, отраженных в протоколах следственных и иных процессуальных действий, содержание которых заменено следователем многоточием, не нарушает положений ч. 6 ст. 1 Федерального закона „О государственном языке Российской Федерации“ и не влияет на существо обвинения.
При таких обстоятельствах отсутствуют основания полагать, что органами расследования допущено существенное нарушение уголовно-процессуального закона, являющееся препятствием для рассмотрения дела, которое суд не может устранить самостоятельно и которое, как повлекшее лишение или умаление гарантируемых законом прав участников уголовного судопроизводства, исключает возможность вынесения законного и обоснованного решения и фактически не позволяет суду реализовать возложенную на него Конституцией РФ функцию осуществления правосудия»
ВТОРОЙ КАССАЦИОННЫЙ СУД ОБЩЕЙ ЮРИСДИКЦИИ
ПОСТАНОВЛЕНИЕ
от 31 января 2024 года № 77-186/2024
Второй кассационный суд общей юрисдикции в составе председательствующего судьи Ведерникова А.А.,
при ведении протокола секретарем судебного заседания П.Г.,
с участием:
прокурора Калининой О.И.,
обвиняемого В. посредством видеоконференц-связи,
его защитника — адвоката Манжесова Р.А.,
обвиняемого П.А. посредством видеоконференц-связи,
его защитника — адвоката Шамкина В.А.,
рассмотрел в открытом судебном заседании кассационное представление заместителя прокурора <адрес> ФИО8 на постановление Центрального районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ и апелляционное постановление Тверского областного суда от ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО1 и ФИО2.
Заслушав доклад судьи ФИО9, об обстоятельствах дела, доводах кассационного представления заместителя прокурора <адрес> ФИО8, выступление прокурора ФИО5, поддержавшей доводы кассационного представления об отмене состоявшихся судебных решений, обвиняемого ФИО1, адвоката ФИО6, обвиняемого ФИО2, адвоката ФИО7, просивших в удовлетворении кассационного представления отказать, суд
установил:
постановлением Центрального районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, уголовное дело в отношении
ФИО1, родившегося ДД.ММ.ГГГГ в <адрес>, несудимого, обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 30, п. «г» ч. 4 ст. 228.1, ч. 3 ст. 30, п. «б» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ;
ФИО2, родившегося ДД.ММ.ГГГГ в <адрес>, несудимого, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30, п. «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ, возвращено прокурору <адрес> для устранения препятствий его рассмотрения судом, продлен срок содержания под стражей обвиняемых ФИО1 и ФИО2, каждого из них на 2 месяца, то есть по ДД.ММ.ГГГГ.
Апелляционным постановлением Тверского областного суда от ДД.ММ.ГГГГ судебное решение оставлено без изменения, апелляционное представление государственного обвинителя — без удовлетворения.
Этим же судебным решением мера пресечения в виде заключения под стражу в отношении обвиняемых ФИО1 и ФИО2, каждого из них продлена на срок 2 месяца, то есть до ДД.ММ.ГГГГ.
Постановление вступило в законную силу ДД.ММ.ГГГГ.
В кассационном представлении заместитель прокурора <адрес> ФИО8 выражает несогласие с судебными решениями, считает их вынесенными с существенными нарушениями уголовно-процессуального закона. Обосновывая доводы представления требованиями ч. 7 ст. 7, ч. 1 ст. 220 и ст. 237 УПК РФ, а также постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О применении судами норм уголовно-процессуального законодательства, регулирующих подготовку уголовного дела к судебному разбирательству», полагает об отсутствии оснований для возвращения уголовного дела в отношении ФИО1 и ФИО2 прокурору. По мнению автора представления, все предусмотренные ч. 1 ст. 220 УПК РФ сведения в обвинительном заключении по делу содержатся, обстоятельства, подлежащие доказыванию, предусмотренные п. 1 ч. 1 ст. 73 УПК РФ приведены в обвинительном заключении. Указанные в обвинительном заключении при изложении доказательств переписки ФИО1 и ФИО2 в мессенджерах «WhatsApp» и «Telegram», содержащие обозначения в виде сочетания печатных букв и точек, носят факультативный характер, детализируют содержание данного доказательства и не относятся к обязательным признакам диспозиции нормы, подлежащим установлению и доказыванию по делу.
Кроме того, приговор суда может быть основан только на доказательствах, исследованных в судебном заседании. Дело судом первой инстанции было назначено к слушанию в общем порядке судебного разбирательства, поэтому замена слов при описании доказательств сочетанием печатных точек и знаков, не свидетельствует о наличии в обвинительном заключении ненормативной лексики и нецензурной брани, не является препятствием к рассмотрению уголовного дела, поскольку судом исследуются непосредственно представляемые сторонами доказательства, а не обвинительное заключение. Обращает внимание на то, что слово, скрытое в виде сочетания печатных знаков и точек, не относится к ненормативной лексике или нецензурной брани. С учетом изложенного, полагает, что наличие указанных обозначений в обвинительном заключении в переписке переписки ФИО1 и ФИО2 в мессенджерах «WhatsApp» и «Telegram», не содержащихся при описании преступных деяний, не является препятствием для принятия судом на его основе решения по существу дела, так как суд осуществляет проверку обоснованности и доказанности изложенного в обвинительном заключении обвинения, и не связан текстом перечисленных в нем доказательств при вынесении итогового решения. По данному уголовному делу нарушений уголовно-процессуального закона, препятствующих вынесению итогового решения, не допущено. Также, отмечает, что приведенные в текстах обвинительного заключения и протокола осмотра переписки сокращений нецензурных слов фактически не несет смысловой нагрузки по предъявленному обвинению. Просит обжалуемые судебные решения отменить, уголовное дело направить на новое судебное разбирательство в суд первой инстанции, в ином составе.
Постановлением судьи Второго кассационного суда общей юрисдикции от ДД.ММ.ГГГГ кассационное представление заместителя прокурора <адрес> ФИО8 передано для рассмотрения в судебном заседании суда кассационной инстанции.
Проверив материалы судебного производства, обсудив доводы кассационного представления, выслушав стороны, суд приходит к следующим выводам.
В соответствии с положениями ч. 1 ст. 401.15 УПК РФ основанием для отмены или изменения приговора, определения или постановления суда при рассмотрении уголовного дела в кассационном порядке являются существенные нарушения уголовного и (или) уголовно-процессуального закона, повлиявшие на исход дела.
В соответствии с ч. 4 ст. 7 УПК РФ постановления суда должны быть законными, мотивированными и обоснованными.
По смыслу ч. 4 ст. 7 УПК РФ решение суда должно быть законным, обоснованным и мотивированным, оно признается таковым, если суд при его вынесении исходил из материалов дела, рассмотренных в судебном заседании, сделал выводы, основываясь на установленных им фактах, правильно применил уголовный и уголовно-процессуальный закон.
Согласно п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ суд по ходатайству стороны или по собственной инициативе возвращает уголовное дело прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом в случае, если обвинительное заключение составлено с нарушением требований УПК РФ, что исключает возможность постановления судом приговора или вынесения иного решения на основе данного заключения.В соответствии с п. п. 3 и 4 ч. 1 ст. 220 УПК РФ в обвинительном заключении излагается существо обвинения, место и время совершения преступления, его способы, мотивы, цели, последствия и другие обстоятельства, имеющие значение для уголовного дела; доказательства, подтверждающие обвинение.
Из разъяснений, содержащихся в п. 14 постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О применении судами норм Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации» под допущенными при составлении обвинительного заключения нарушениями требований уголовно-процессуального закона следует понимать такие нарушения изложенных в ст. 220 УПК РФ положений, которые исключают возможность принятия судом решения по существу дела на основании данного заключения.
Аналогичные положения закреплены и в п. 14 постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О применении судами норм уголовно-процессуального законодательства, регулирующих подготовку уголовного дела к судебному разбирательству».
Как следует из материалов уголовного дела, обвинительное заключение по уголовному делу в отношении ФИО1, обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 30, п. «г» ч. 4 ст. 228.1, ч. 3 ст. 30, п. «б» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ и ФИО2 — по ч. 3 ст. 30, п. «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ содержит все указанные в ст. 220 УПК РФ данные, имеющие значение для данного уголовного дела.
Следователем обвинительное заключение по делу составлено в соответствии с требованиями УПК РФ, в нем приведены доказательства, которые, по мнению обвинения, указывают о виновности ФИО1 и ФИО2 в совершении инкриминируемых преступлений, действиям которых следователем дана собственная уголовно-правовая оценка по вопросу квалификации содеянного. С этой оценкой согласился и прокурор, утверждая обвинительное заключение по делу.
В соответствии с правовой позицией Конституционного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ, изложенной в определении N-О, неустранимость в судебном производстве процессуальных нарушений, имевших место на этапе предварительного расследования, предполагает осуществление необходимых следственных и иных процессуальных действий, что превращает процедуру возвращения уголовного дела прокурору для устранения препятствий к его судебному рассмотрению, по существу, в особый порядок движения уголовного дела, не тождественный его возвращению для производства дополнительного расследования. Соответственно, в случае если допущенное органами предварительного расследования процессуальное нарушение является таким препятствием для рассмотрения дела, которое суд не может устранить самостоятельно и которое, исключая возможность постановления законного и обоснованного приговора, фактически не позволяет суду реализовать возложенную на него Конституцией РФ функцию осуществления правосудия, суд возвращает уголовное дело прокурору по собственной инициативе или по ходатайству стороны, поскольку в таком случае препятствие для рассмотрения уголовного дела самим судом устранено быть не может.
Согласно ч. 6 ст. 1 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 53-ФЗ (в ред. от ДД.ММ.ГГГГ) «О государственном языке Российской Федерации» при использовании русского языка как государственного языка Российской Федерации не допускается употребление слов и выражений, не соответствующих нормам современного русского литературного языка (в том числе нецензурной брани), за исключением иностранных слов, которые не имеют общеупотребительных аналогов в русском языке и перечень которых содержится в нормативных словарях, предусмотренных ч. 3 настоящей статьи.
Как видно из содержания обвинительного заключения по делу, в нем имеется указание на протокол осмотра документов — переписки обвиняемых в мессенджерах «WhatsApp» и «Telegram», как на доказательство обвинения, в соответствии с которым следователем произведен осмотр вышеуказанной переписки, в которой содержание отдельных слов и используемых выражений заменено (скрыто) следователем по средством изложения сочетания печатных знаков и точек.
Таким образом, само по себе использование лицами, чья речь записана на фонограмму, оскорбительных и ненормативных слов и выражений, отраженных в протоколах следственных и иных процессуальных действий, содержание которых заменено следователем многоточием, не нарушает положений ч. 6 ст. 1 ФЗ «О государственном языке Российской Федерации» и не влияет на существо обвинения.
При таких обстоятельствах отсутствуют основания полагать, что органами расследования допущено существенное нарушение уголовно-процессуального закона, являющееся препятствием для рассмотрения дела, которое суд не может устранить самостоятельно и которое, как повлекшее лишение или умаление гарантируемых законом прав участников уголовного судопроизводства, исключает возможность вынесения законного и обоснованного решения и фактически не позволяет суду реализовать возложенную на него Конституцией РФ функцию осуществления правосудия.
Таким образом, выводы суда первой инстанции не свидетельствуют о составлении обвинительного заключения с нарушением требований ст. 220 УПК РФ, исключающих возможность на его основе принять судебное решение.
Судом апелляционной инстанции при рассмотрении представления прокурора оставлены без внимания и оценки указанные обстоятельства, в связи с чем, апелляционное постановление Тверского областного суда от ДД.ММ.ГГГГ не соответствует требованиям ч. 4 ст. 7 и ст. 389.28 УПК РФ.
Приведенные обстоятельства указывают о допущенных судами первой и апелляционной инстанций существенных нарушениях уголовно-процессуального закона, которые являются основанием для отмены судебных решений и направления уголовного дела на новое судебное разбирательство в суд первой инстанции в ином составе.
Разрешая вопрос о мере пресечения, суд учитывает характер и степень общественной опасности преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 30, п. «г» ч. 4 ст. 228.1, ч. 3 ст. 30, п. «б» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ (для ФИО1), ч. 3 ст. 30, п. «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ (для ФИО1 и ФИО2), данные относительно их личности и полагает, что цели проведения судебного разбирательства в разумный срок, сохранения баланса между интересами ФИО1 и ФИО2 и необходимостью гарантировать эффективность уголовного правосудия могут быть достигнуты только при избрании ФИО1 и ФИО2 меры пресечения в виде заключения под стражу на срок 2 месяца, то есть до ДД.ММ.ГГГГ.
На основании изложенного, руководствуясь ст. 401.1, ст. 401.2, п. 3 ч. 1 ст. 401.14, ч. 1 ст. 401.15 УПК РФ, суд
постановил:
кассационное представление заместителя прокурора <адрес> ФИО8 удовлетворить.
Постановление Центрального районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ и апелляционное постановление Тверского областного суда от ДД.ММ.ГГГГ о возвращении уголовного дела прокурору <адрес> в отношении ФИО1 и ФИО2 на основании п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ — отменить.
Передать данное уголовное дело на новое рассмотрение в Центральный районный суд <адрес> в ином составе со стадии судебного разбирательства.
Избрать в отношении ФИО1 и ФИО2 меру пресечения в виде заключения под стражу на срок 2 месяца, то есть до ДД.ММ.ГГГГ.
С уважением, адвокат Анатолий Антонов, управляющий партнер адвокатского бюро «Антонов и партнеры».(А)
