ШЕСТОЙ КАССАЦИОННЫЙ СУД ОБЩЕЙ ЮРИСДИКЦИИ
ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 2 мая 2024 г. N 88-10545/2024
Дело N 2-4404/2023
УИД 16RS0046-01-2023-005164-20
Судебная коллегия по гражданским делам Шестого кассационного суда общей юрисдикции в составе:
председательствующего Непопалова Г.Г.,
судей Киреевой Е.В. и Пияковой Н.А.,
рассмотрела в открытом судебном заседании кассационную жалобу ФИО1 на решение Вахитовского районного суда <адрес> Республики Татарстан от 28 июля 2023 г. и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Татарстан от 11 декабря 2023 г. по гражданскому делу N 2-4404/2023 по иску М.Р.ЭА. к Управлению Росгвардии по <адрес> о признании заключения незаконным, возложении обязанности.
Заслушав доклад судьи Непопалова Г.Г., объяснения ФИО2 истца ФИО1 — адвоката ФИО6, действующего на основании ордера от ДД.ММ.ГГГГ N, ФИО2 по <адрес> ФИО7, действующего на основании доверенности от ДД.ММ.ГГГГ N, заключение прокурора четвертого отдела апелляционно-кассационного ФИО2 Главного гражданско-судебного ФИО2 Генеральной прокуратуры Российской Федерации К., полагавшей обжалуемые судебные постановления подлежащими отмене с направлением дела на новое рассмотрение в суд первой инстанции, проверив материалы дела, судебная коллегия
установила:
ФИО1 обратился в суд с вышеуказанным иском к ответчику, мотивируя тем, что в период с 5 декабря 2022 г. по 4 марта 2023 г. он находился в служебной командировке и принимал участие в специальной военной операции.
1 февраля 2023 г. в ходе проведения специальных адресных мероприятий (садовое товарищество «Мичурино» г. Амвросиевка Амвросиевского района Донецкой Народной Республики») истец получил травму руки, в связи с чем 6 марта 2023 г. обратился с рапортом к начальнику Управления Росгвардии по Республике Татарстан об осуществлении единовременной выплаты. Заключением, утвержденным начальником Управления Росгвардии по Республике Татарстан 24 марта 2023 г., М.Р.ЭБ. отказано в выплате, предусмотренной подпунктом «б» пункта 1 Указа Президента Российской Федерации от 5 марта 2022 г. N 98 «О дополнительных социальных гарантиях военнослужащим, лицам, проходящим службу в войсках национальной гвардии Российской Федерации, и членам их семей» (далее по тексту — Указ Президента Российской Федерации от 5 марта 2022 г. N 98).
С данным отказом истец не согласен, считает, что из материалов дела, в том числе, из заключения об итогах проверки факта получения травмы, видно, что ФИО1, находясь в служебной командировке в зоне проведения специальной военной операции, 1 февраля 2023 г. при досмотре подвального помещения одного из домовладений, при использовании технических средств поиска обнаружил схрон, при выходе из подвального помещения одна из ступеней деревянной лестницы надломилась, в результате чего он упал на правую руку и почувствовал острую боль в правой кисти, в связи, с чем 2 марта 2023 г. ему была выдана справка о тяжести увечья. При этом, в материалах расследования также указано, что травма получена в ходе выполнения служебных обязанностей в период нахождения в служебной командировке на территории проведения специальной военной операции. Считает, что в его случае соблюдены все условия для получения единовременной выплаты в размере 3000000 рублей, установленной Указом Президента Российской Федерации от 5 марта 2022 г. N 98.
С учетом изложенного, ФИО1 просил суд: признать незаконным заключение об отказе в выплате, предусмотренной подпунктом «б» пункта 1 Указа Президента Российской Федерации от 5 марта 2022 г. N 98, утвержденное начальником Управления Росгвардии по Республике Татарстан 24 марта 2023 года; обязать ответчика произвести единовременную выплату в размере 3000000 рублей.
Решением Вахитовского районного суда г. Казани Республики Татарстан от 28 июля 2023 г., оставленным без изменения апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Татарстан от ДД.ММ.ГГГГ, в удовлетворении исковых требований ФИО1 отказано.
В кассационной жалобе ФИО1 ставится вопрос об отмене состоявшихся по делу судебных постановлений как незаконных. Основаниями для отмены судебных актов истец указывает нарушения норм материального и процессуального права.
В судебном заседании ФИО2 истца ФИО1 — адвокат ФИО6, доводы кассационной жалобы поддержал, просил отменить обжалуемые судебные акты и направить дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции.
ФИО2 по <адрес> ФИО7 в судебном заседании возражал против удовлетворения кассационной жалобы, обжалуемые судебные акты полагает законными, обоснованными и не подлежащими отмене.
ФИО2 Министерства обороны Российской Федерации в судебное заседание не явился, о времени и месте рассмотрения дела извещен надлежащим образом, об отложении судебного заседания не просил.
В соответствии с частью 5 статьи 379.5 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации кассационная жалоба рассмотрена в отсутствие указанного выше неявившегося лица, участвующего в деле.
Проверив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, заслушав объяснения представителей истца и ответчика, заключение прокурора, судебная коллегия по гражданским делам Шестого кассационного суда общей юрисдикции приходит к следующему.
Согласно части 1 статьи 379.7 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для отмены или изменения судебных постановлений кассационным судом общей юрисдикции являются несоответствие выводов суда, содержащихся в обжалуемом судебном постановлении, фактическим обстоятельствам дела, установленным судами первой и апелляционной инстанций, нарушение либо неправильное применение норм материального права или норм процессуального права.
Такого характера нарушения допущены судами первой и апелляционной инстанций.
Как установлено судами и усматривается из материалов дела, М.Р.ЭВ. является сотрудником войск национальной гвардии Российской Федерации по Республике Татарстан.
2 декабря 2022 г. он убыл в служебную командировку для выполнения боевых и (или) специальных задач в соответствии с решением Президента Российской Федерации в составе группировки войск (сил) национальной гвардии Российской Федерации.
12 февраля 2023 г. командиром УТГ 34брон утверждено заключение об итогах проверки факта получения сотрудником увечья, из которого следует, что 1 февраля 2023 г. с 10 часов 00 минут ФИО1 в составе СОБР-6 принимал участие в специальном адресном мероприятии на территории г. Амвросиевка Амвросиевского района Донецкой Народной Республики. Около 11 часов 30 минут, при досмотре подвального помещения одного из домовладений, при использовании технических средств поиска истец обнаружил схрон, при выходе из подвального помещения одна из ступеней деревянной лестницы надломилась, в результате чего ФИО1 упал на правую руку и почувствовал острую боль в правой кисти. Полученной травме значения не придал и продолжил выполнение СБЗ. С 3 февраля 2023 г. на основании распоряжения ГВ(с) «Запад» от 2 февраля 2023 г. ШТ/200/17-955с убыл для выполнения СБЗ в г. Донецк. В последующие дни боль усилилась, появился небольшой отек. ДД.ММ.ГГГГ при появлении сильных болей лейтенант полиции ФИО1 доложил командиру группы подполковнику полиции ФИО8, после чего им был направлен в Республиканский травматологический центр Донецкой Народной Республики <адрес> где было проведено ультразвуковое исследование мягких тканей и выставлен предварительный диагноз: «Синовит правого лучезапястного сустава, тендовагинит сухожилий IV компартмента правой кисти, энтезит лучевого разгибателя правой кисти». ДД.ММ.ГГГГ после Rg-граммы в 3-х проекциях врачом травматологом выставлен окончательный диагноз: «<данные изъяты>. В связи с невозможностью дальнейшего выполнения СБЗ лейтенантом полиции ФИО1 в полном объеме, командиром СОБР-6П принято решение о замене данного сотрудника и эвакуации в ПВД для дальнейшего разбирательства и принятия решения вышестоящим руководством. О данном событии незамедлительно было доложено командиру УТГ 34брон и в дежурную часть УТГ 34брон.
Согласно данному заключению, в качестве причины наступления события указана личная неосторожность ФИО1
Согласно справке от 2 марта 2023 г., выданной ФГКУЗ «1 военный госпиталь войск национальной гвардии», истец находился на стационарном лечении в ФГКУЗ «1 военный госпиталь войск национальной гвардии» с 15 февраля 2023 г. по поводу ушиба мягких тканей правой кисти от 1 февраля 2023 г., посттравматического синовита разгибателей правой кисти, правого лучезапястного сустава.
Из выписного эпикриза следует, что ФИО1 выставлен диагноз ушиб мягких тканей правой кисти от 1 февраля 2023 года, посттравматический синовит сухожилий разгибателей правой кисти, правого лучезапястного сустава. Из анамнеза заболевания следует, что истец, участвуя в СВО на территории Донецкой Народной Республики г. Амвросиевка, около 11 часов 30 минут при досмотре подвального помещения ступенька надломилась, в результате чего упал на правую руку и почувствовал острую боль в правой кисти. Полученной травме значения не придал и продолжил выполнение задачи. 9 февраля 2023 г. боль в правой кисти усилилась, появился отек правой кисти, доложил командиру группы. Доставлен в республиканский травматологический центр Донецкой Народной Республики <адрес>, где выполнено УЗИ мягких тканей правой кисти, осмотрен травматологом, выставлен предварительный диагноз: <данные изъяты>
Судами также установлено, что 6 марта 2023 г. истец обратился с рапортом к начальнику Управления Росгвардии по Республике Татарстан, в котором просил рассмотреть вопрос об осуществлении выплаты по факту получения травмы в период выполнения служебно-боевых задач на территории Украины.
24 марта 2023 г. начальником Управления Росгвардии по Республике Татарстан утверждено заключение об отказе в выплате сотруднику, предусмотренной подпунктом «б» пункта 1 Указа Президента Российской Федерации от 5 марта 2022 г. N 98.
Из содержания данного заключения следует, что лейтенант полиции ФИО1 — оперуполномоченный (взрывотехник) 4 боевого отделения специального отряда быстрого реагирования «ТИМЕР БАТЫР» Управления Росгвардии по Республике Татарстан в период с 5 декабря 2022 г. по 4 марта 2023 г. был направлен в служебную командировку, для участия в специальной военной операции (приказ Управления Росгвардии по Республике Татарстан от 2 декабря 2022 г. N 239с/ч). 1 февраля 2023 г. в период проведения специальных адресных мероприятий (садовое товарищество «Мичурино» <адрес> Донецкой Народной Республики) лейтенант полиции ФИО9 получил <данные изъяты> С 15 февраля 2023 г. по 3 марта 2023 г. находился на стационарном обследовании и лечении в ФГКУЗ «1 военный госпиталь войск национальной гвардии Российской Федерации», г. Новочеркасск, Ростовской области (справка о тяжести увечья (ранения, травмы, контузии), полученного застрахованным лицом от 2 марта 2023 г. N 371).
Согласно заключению об итогах проверки факта получения сотрудником увечья (ранения, травмы, контузии) от 12 февраля 2023 г., утвержденного командиром УТГ 34брон подполковником ФИО10, причиной наступления события, полученного увечья, является личная неосторожность.
С учетом изложенного, в выплате установленной Указом Президента Российской Федерации от 5 марта 2022 г. N 98 лейтенанту полиции ФИО1 отказано, так как травма получена по личной неосторожности, несоблюдения требований безопасности и не связана с выполнением специальных задач.
Согласно ответу от 27 марта 2023 г., истцу отказано в выплате, установленной Указом Президента Российской Федерации от 5 марта 2022 г. N 98, так как травма получена по личной неосторожности, несоблюдения требований безопасности и не связана с выполнением специальных задач.
Разрешая спор по существу и отказывая в удовлетворении исковых требований ФИО1, суд первой инстанции исходил из того, что спорная выплата производится только за ранение (контузию, травму, увечье), полученное в ходе проведения специальной военной операции (при выполнении специальных задач) в результате действий противника, либо связанных с боевыми действиями, а не в результате собственных неосторожных действий. Само по себе получение таких ранений (контузии, травмы, увечья) в зоне проведения специальной военной операции (при выполнении специальных задач) права на получение единовременной выплаты не предоставляет. В связи с этим, сам по себе факт получения ранения (травмы) военнослужащего в ходе участия в специальной военной операции не является определяющим условием для осуществления выплаты, отказ в которой оспаривает истец. Поскольку получение истцом травмы в причинной связи с непосредственным участием его в проведении специальной военной операции не находится и было обусловлено личной неосторожностью, оснований для производства ФИО1 единовременной выплаты не имеется.
С приведенными выше выводами суда первой инстанции и их правовым обоснованием согласился суд апелляционной инстанции.
Судебная коллегия по гражданским делам Шестого кассационного суда общей юрисдикции считает, что приведенные выводы судов первой и апелляционной инстанций основаны на неправильном толковании и применении норм материального права к спорным отношениям и сделаны с нарушением норм процессуального права.
Российская Федерация — это социальное государство, политика которого направлена на создание условий, обеспечивающих достойную жизнь и свободное развитие человека. В Российской Федерации охраняется труд и здоровье людей, устанавливается гарантированный минимальный размер оплаты труда, обеспечивается государственная поддержка семьи, материнства, отцовства и детства, инвалидов и пожилых граждан, развивается система социальных служб, устанавливаются государственные пенсии, пособия и иные гарантии социальной защиты (статья 7 Конституции Российской Федерации).
Названные положения Конституции Российской Федерации во взаимосвязи с другими ее положениями, закрепляющими право на труд (статья 37, часть 1) и право на охрану здоровья (статья 41, часть 1), в том числе при осуществлении профессиональной деятельности, обязывают государство разработать эффективный организационно-правовой механизм возмещения гражданину или, в случае его гибели (смерти), членам его семьи вреда, причиненного жизни или здоровью в связи с исполнением трудовых (служебных) обязанностей (абзац 2 пункта 2 постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 27 марта 2012 г. N 7-П).
Конституционный Суд Российской Федерации неоднократно указывал, что необходимым условием достижения целей социального государства, обязывающих Российскую Федерацию заботиться о благополучии своих граждан, их социальной защищенности, является развитие системы социальной защиты, которая должна строиться на принципах равенства, справедливости и соразмерности, выступающих конституционным критерием оценки законодательного регулирования не только прав и свобод, закрепленных непосредственно в Конституции Российской Федерации, но и прав, приобретаемых на основании закона.
Основываясь на указанных принципах, федеральный законодатель при осуществлении правового регулирования отношений в сфере социальной защиты такой категории граждан, как военнослужащие, которые — в силу специфики выполняемой ими служебной деятельности, непосредственно связанной с обеспечением обороны страны и безопасности государства, то есть сопряженной с выполнением конституционно значимых функций и, как следствие, со значительным риском для жизни и здоровья, — обладают особым правовым статусом, предусмотрел и меры социальной поддержки для членов семей тех из них, кто погиб (умер) в период прохождения военной службы либо после увольнения с военной службы по контракту, по отдельным основаниям, установленным законом. При этом, поскольку Конституция Российской Федерации не закрепляет конкретных мер социальной защиты, а также порядка и условий их предоставления тем или иным категориям граждан, федеральный законодатель действовал в рамках предоставленных ему дискреционных полномочий, исходя из того, что правовой статус членов семьи военнослужащего производен от правового статуса самого военнослужащего и обусловлен спецификой его служебной деятельности, а обязательства государства по социальной поддержке таких лиц обусловлены характером социального государства (постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 17 июля 2014 г. N 22-П, от 19 июля 2016 г. N 16-П, от 25 февраля 2019 г. N 12-П).
В силу специфики выполняемой служебной деятельности, непосредственно связанной с обеспечением государственной и общественной безопасности, защиты прав и свобод человека и гражданина (статья 1 Федерального закона от 3 июля 2016 г. N 226-ФЗ «О войсках национальной гвардии Российской Федерации»), то есть сопряженной с выполнением конституционно значимых функций и, как следствие, со значительным риском для жизни и здоровья, лица, проходящие службу в войсках национальной гвардии Российской Федерации, обладают особым правовым статусом, в связи с чем к ним в полной мере относится приведенная выше позиция Конституционного Суда Российской Федерации.
Указом Президента Российской Федерации от 5 марта 2022 г. N 98 установлены дополнительные меры социальной поддержки военнослужащим, лицам, проходящим службу в войсках национальной гвардии Российской Федерации, и членам их семей.
Так, в силу подпункта «б» пункта 1 Указа Президента Российской Федерации от 5 марта 2022 г. N 98, военнослужащим, лицам, проходящим службу в войсках национальной гвардии Российской Федерации и имеющим специальное звание полиции, принимающим участие в специальной военной операции на территориях Донецкой Народной Республики, Луганской Народной Республики и Украины, военнослужащим, выполняющим специальные задачи на территории Сирийской Арабской Республики, получившим ранение (контузию, травму, увечье) в ходе проведения специальной военной операции (при выполнении специальных задач), осуществляется единовременная выплата в размере 3000000 рублей.
Пунктом 4 названного Указа Президента Российской Федерации федеральным органам исполнительной власти предписано определить порядок назначения и осуществления, в том числе указанной выше единовременной выплаты.
Для войск национальной гвардии Российской Федерации такой порядок утвержден приказом Росгвардии от 7 марта 2022 г. N 66 «Об утверждении Порядка назначения и осуществления единовременных выплат, установленных Указом Президента Российской Федерации от 5 марта 2022 г. N 98 «О дополнительных социальных гарантиях военнослужащим, лицам, проходящим службу в войсках национальной гвардии Российской Федерации, и членам их семей», в войсках национальной гвардии Российской Федерации» (далее по тексту — Порядок от 7 марта 2022 г. N 66), изданным в развитие Указа Президента Российской Федерации от 5 марта 2022 г. N 98.
Согласно пунктам 4, 4.2, 10, 11 Порядка от 7 марта 2022 г. N 66, для принятия решения о выплате в случае получения ранения (контузии, травмы, увечья) военнослужащим (сотрудником) представляются в воинскую часть (организацию) следующие документы: рапорт военнослужащего (сотрудника, гражданина, уволенного с военной службы (со службы) об осуществлении выплаты; копия справки о тяжести увечья (ранения, травмы, контузии), полученного застрахованным лицом; копия паспорта гражданина Российской Федерации или иного документа, удостоверяющего личность гражданина в соответствии с законодательством Российской Федерации. По результатам рассмотрения документов кадровым органом (органом комплектования) оформляется заключение о назначении выплаты либо об отказе в выплате (далее — заключение) военнослужащему (сотруднику, гражданину, уволенному с военной службы (со службы), члену семьи, брату (сестре) при отсутствии членов семьи), которое согласовывается подразделениями медицинского, финансового обеспечения, военно-политическим (политическим) подразделением, правовым подразделением (лицом, занимающим воинскую должность (замещающим должность) по юридической специальности воинской части (организации). Решение о назначении выплат принимается командиром (начальником) воинской части (организации) на основании заключения и оформляется приказом командира (начальника) воинской части (организации) (далее — приказ) по последнему месту прохождения военной службы (службы) погибшим (умершим) военнослужащим (сотрудником, гражданином, уволенным с военной службы (со службы).
По смыслу приведенных выше нормативных положений, условиями для осуществления единовременной выплаты в соответствии с подпунктом «б» пункта 1 Указа Президента Российской Федерации от 5 марта 2022 г. N 98, лицам, проходящим службу в войсках национальной гвардии Российской Федерации и имеющим специальное звание полиции, являются: участие в специальной военной операции на территориях Донецкой Народной Республики, Луганской Народной Республики и Украины; а также получение ранения (контузии, травмы, увечья) в ходе проведения специальной военной операции (при выполнении специальных задач). Документом, подтверждающим право на получение указанной выплаты, является выданная в установленном законом порядке справка о тяжести увечья (ранения, травмы, контузии). Решение о назначении единовременной выплаты принимается командиром (начальником) воинской части (организации) на основании заключения, составленного кадровым органом (органом комплектования) на основании рапорта военнослужащего (сотрудника) об осуществлении выплаты и копии справки о тяжести увечья (ранения, травмы, контузии), и оформляется приказом командира (начальника) воинской части (организации).
Иных условий, в зависимость от которых была бы поставлена возможность производства спорной выплаты по факту получения ранения (контузии, травмы, увечья) в ходе проведения специальной военной операции, законодательство не содержит.
Вместе с тем, частью 1 статьи 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации установлено, что правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон.
Суд, сохраняя независимость, объективность и беспристрастность, осуществляет руководство процессом, разъясняет лицам, участвующим в деле, их права и обязанности, предупреждает о последствиях совершения или несовершения процессуальных действий, оказывает лицам, участвующим в деле, содействие в реализации их прав, создает условия для всестороннего и полного исследования доказательств, установления фактических обстоятельств и правильного применения законодательства при рассмотрении и разрешении гражданских дел (часть 2 статьи 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).
В силу части 1 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.
Суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, выносит обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались (часть 2 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).
Суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности (части 1 и 3 статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).
При принятии решения суд оценивает доказательства, определяет, какие обстоятельства, имеющие значение для рассмотрения дела, установлены и какие обстоятельства не установлены, каковы правоотношения сторон, какой закон должен быть применен по данному делу и подлежит ли иск удовлетворению (часть 1 статьи 196 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации)
Результаты оценки доказательств суд обязан отразить в решении, в котором приводятся мотивы, по которым одни доказательства приняты в качестве средств обоснования выводов суда, другие доказательства отвергнуты судом, а также основания, по которым одним доказательствам отдано предпочтение перед другими (часть 4 статьи 67 и пункт 2 части 4 статьи 198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).
Как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации (в частности, в определении от 25 мая 2017 г. N 1116-О), предоставление судам полномочий по оценке доказательств вытекает из принципа самостоятельности судебной власти и является одним из проявлений дискреционных полномочий суда, необходимых для осуществления правосудия.
Данные требования корреспондируют обязанности суда полно и всесторонне рассмотреть дело, что невозможно без оценки каждого представленного доказательства и обоснования преимущества одного доказательства перед другим.
Однако в настоящем деле суды первой и апелляционной инстанции в нарушение подлежащих применению норм материального и процессуального права, юридически значимые обстоятельства, в том числе связанные с фактическими обстоятельствами получения ФИО1 травмы, а также причинами и условиями, способствовавшими ее причинению, в полной мере не установили, от исполнения своей обязанности полно и всесторонне рассмотреть дело на основе совокупной оценки представленных доказательств уклонились, делая вывод о наличии в действиях истца личной неосторожности и об отсутствии связи между получением травмы и выполнением служебно-боевых задач лишь на основании Заключения об итогах проверки факта получения сотрудником увечья (ранения, травмы, контузии) от 12 февраля 2023 г., утвержденного командиром УТГ 34брон, из которого следует, что причиной травмирования истца явилась его личная неосторожность.
Между тем, из текста указанного выше Заключения об итогах проверки факта получения сотрудником увечья (ранения, травмы, контузии) от 12 февраля 2023 г. следует, что травма получена М.Р.ЭА. во время участия в специальном адресном мероприятии на территории садового товарищества «Мичурино» <адрес> Донецкой Народной Республики, в ходе которого истцом при использовании технических средств поиска был обнаружен «схрон».
Из пункта 9 Заключения усматривается что, травма получена истцом в ходе выполнения служебных обязанностей в период нахождения в служебной командировке на территории проведения специальной военной операции. Аналогичное заключение содержится в справке о травме от 11 мая 2023 г. N 12 (л.д. 26).
При этом, в Заключении об итогах проверки факта получения сотрудником увечья (ранения, травмы, контузии) от 12 февраля 2023 г. отсутствует указание, в чем именно заключается личная неосторожность ФИО1, повлекшая получение им травмы.
Разрешая спор, суды в нарушение приведенных выше нормативных положений не дали оценки приведенным выше обстоятельствам, свидетельствующим о том, что досмотр подвального помещения домовладения производился ФИО1 при выполнения служебно-боевой задачи в рамках специальной военной операции на территории Донецкой Народной Республики, а также не установили: в чем именно заключалась личная неосторожность истца; знал ли он о неисправности ступени лестницы, повлекшей его падение и травмирование, мог ли предвидеть ее разрушение и предотвратить получение травмы; имелся ли в подвальном помещении другой выход с исправной лестницей.
Указанное выше свидетельствует о формальном подходе судов первой и апелляционной инстанций к рассмотрению настоящего дела по разрешению спора, связанного с реализацией гражданином права на социальные гарантии, несоблюдении судебными инстанциями требований процессуального закона о доказательствах, доказывании и оценке доказательств, в связи с чем выводы судов об отказе в удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО2 по Республике Татарстан о признании заключения незаконным и возложении обязанности не основаны на законе, а потому не могут быть признаны правомерными.
Суждения судов о том, что спорная выплата производится только за ранение (контузию, травму, увечье), полученное в ходе проведения специальной военной операции (при выполнении специальных задач) в результате действий противника, либо связанных с боевыми действиями, несостоятельны, поскольку ни Указ Президента Российской Федерации от 5 марта 2022 г. N 98, ни положения Порядка от 7 марта 2022 г. N 66, таких условий назначения единовременной выплаты не содержат.
При таких обстоятельствах обжалуемые судебные постановления судов первой и апелляционной инстанций нельзя признать законными, поскольку они приняты с нарушениями норм материального и процессуального права, повлиявшими на исход дела, без их устранения невозможна защита нарушенных прав и законных интересов истца, что согласно статье 379.7 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации является основанием для отмены обжалуемых судебных постановлений и направления дела на новое рассмотрение в суд первой инстанции.
При новом рассмотрении дела суду следует учесть изложенное и разрешить спор в соответствии с подлежащими применению к спорным отношениям сторон нормами материального права, установленными по делу обстоятельствами и с соблюдением требований процессуального закона.
Руководствуясь статьями 379.6, 379.7, 390 и 390.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия
определила:
решение Вахитовского районного суда г. Казани Республики Татарстан от 28 июля 2023 г. и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Татарстан от 11 декабря 2023 г. отменить.
Дело направить на новое рассмотрение в суд первой инстанции — Вахитовский районный суд г. Казани Республики Татарстан.
Председательствующий
Г.Г.НЕПОПАЛОВ
Судьи
Е.В.КИРЕЕВА
Н.А.ПИЯКОВА
С уважением, адвокат Анатолий Антонов, управляющий партнер адвокатского бюро «Антонов и партнеры» (Л)
