Он заметил, что исполнение договора о приватизации жилья начинается с момента его регистрации в БТИ и с этого же момента начинается исчисление срока давности для оспаривания этого договора
По мнению одной из экспертов «АГ», позиция ВС РФ окончательно закрепит судебный принцип недопущения злоупотребления истцом своим процессуальным правом. Другая подробно перечислила обстоятельства, которые следует выяснить суду при новом рассмотрении дела.
Верховный Суд опубликовал Определение по делу № 83-КГ25-2-К1, в котором разъяснен срок оспаривания имущественной сделки в споре о наследстве.
В 1993 г. Георгий Жук приватизировал квартиру в г. Унечи, в которой проживали он, его супруга Светлана и дочь Татьяна (после замужества – Масина). В 2020 г. дом, в котором находилась эта квартира, был реконструирован, поэтому площадь жилья увеличилась с 76,9 до 80,2 кв. м. В середине 2020 г. ЕГРН было зарегистрировано право Георгия Жука на эту квартиру. В октябре 2021 г. он умер, после его смерти с заявлением о принятии наследства по закону обратились вдова покойного, Татьяна Масина и его дочь от первого брака Алина Крылова, им были выданы свидетельства о праве на иное наследственное имущество.
Далее Светлана Жук и Татьяна Масина предъявили иск к Алине Крыловой о признании недействительным договора передачи квартиры в собственность, об исключении из ЕГРН записи о праве собственности Георгия Жука, о включении имущества в состав наследства, об определении долей в праве общей долевой собственности, о признании права общей долевой собственности в порядке наследования за обоими истцами в 4/9 доли в праве общей долевой собственности на квартиру, за Алиной Крыловой – 1/9 доли в порядке наследования по закону.
Истцы ссылались на то, что с момента приватизации квартиры в 1993 г. и до смерти Георгия Жука, как они полагали, это жилье является в том числе их собственностью. О том, что квартира находится в единоличной собственности Георгия Жука, истцам стало известно при обращении к нотариусу с заявлениями о выдаче свидетельств о праве на наследство, открывшееся после смерти мужчины. В иске также отмечалось, что истцы проживали и были зарегистрированы в спорном жилье, от участия в приватизации юридически не отказывались и полагали, что спорная квартира приватизирована на всех членов их семьи. Не соглашаясь с иском, Алина Крылова просила отказать в его удовлетворении в связи с пропуском срока исковой давности.
Изначально в удовлетворении иска было отказано, но апелляция отменила это решение и вернула дело на новое рассмотрение, по итогам которого требования были удовлетворены. Суд пришел к выводу, что истцы обладали равным с Георгием Жуком правом на приватизацию жилья, от участия в приватизации письменно не отказывались, поэтому договор приватизации квартиры от 2 февраля 1993 г. является недействительной сделкой. Поскольку для истцов срок исковой давности по требованиям об оспаривании договора следует исчислять с момента, когда они узнали или должны были узнать о нарушении своих прав, то таким моментом является регистрация права собственности Георгия Жука на реконструированную квартиру в ЕГРН – 15 сентября 2020 г. Соответственно, как счел суд, срок исковой давности не пропущен. В свою очередь, апелляция и кассация поддержали это судебное решение.
Изучив кассационную жалобу Алины Крыловой, Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда напомнила, что иск лица, не являющегося стороной ничтожной сделки, о применении последствий ее недействительности может также быть удовлетворен, если гражданским законодательством не установлен иной способ защиты права этого лица и его защита возможна лишь посредством применения последствий недействительности ничтожной сделки. Для требований сторон ничтожной сделки о применении последствий ее недействительности и о признании такой сделки недействительной установлен трехлетний срок исковой давности, который исчисляется со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, то есть одна из сторон приступила к фактическому исполнению сделки, а другая – к принятию такого исполнения. Течение срока исковой давности по таким требованиям, предъявленным лицом, не являющимся стороной сделки, начинается со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения.
При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать 10 лет со дня начала ее исполнения. Значит, при разрешении этого спора нижестоящими судами неверно определен момент начала течения срока исковой давности по сделке. Выводы судов о том, что поскольку регистрация права собственности на спорную квартиру осуществлена Георгием Жуком 15 сентября 2020 г., то с этого момента следует считать начало течения срока исковой давности, основаны на неправильном применении норм материального права. Они не учли, что жилье было передано этому мужчине по договору от 2 февраля 1992 г., то есть до введения в действие Закона о госрегистрации прав на недвижимое имущество. Договор зарегистрирован в БТИ 4 февраля 1993 г. Таким образом, исполнение договора о приватизации началось с момента его регистрации в БТИ, в связи с чем срок исковой давности на момент подачи иска 1 апреля 2022 г. истек.
С момента заключения договора Светлана Жук знала или должна была узнать о нарушении своего права, поскольку она была зарегистрирована в спорной квартире, имела с супругом общие доходы, распоряжалась общим имуществом, должна была быть осведомлена о несении собственником расходов по уплате налога на недвижимость, по содержанию недвижимости и оплате коммунальных платежей. Поскольку Татьяна Масина не была включена в договор приватизации квартиры, в 2008 г. по достижению совершеннолетия она приобрела дееспособность в полном объеме, следовательно, тогда же должна была узнать о нарушении своих прав. В спорной квартире эта женщина была зарегистрирована с 12 сентября 2005 г. В связи с этим ВС отменил судебные акты нижестоящих судов и вернул дело на новое рассмотрение в первую инстанцию.
Адвокат Ирина Зуй назвала позитивным для правоприменительной практики это определение ВС РФ, поскольку оно соответствует общему подходу на укрепление устойчивости гражданского оборота, недопущение злоупотребления сторонами сделок своими гражданскими правами и обязанностями. «Правила исчисления процессуальных сроков всегда вызывали определенные разногласия в судах различных инстанций, правила их исчисления прописаны в законе не вполне четко, учитывая изменения в ГК РФ в части продолжительности сроков на обжалование сделок. Попытка нижестоящих судов исчислить процессуальный срок на обжалование сделки приватизации с того момента, когда было зарегистрировано право собственности на недвижимость, а не с того момента, когда истец действительно мог и должен был узнать о том, что, по мнению истца, его права нарушаются, является, на мой взгляд, примером судебного правового нигилизма. Представляется, что такая позиция ВС окончательно закрепит судебный принцип недопущения злоупотребления истцом своим процессуальным правом», – убеждена она.
Адвокат, руководитель практики семейного права и наследственного права АБ г. Москвы «Инфралекс» Ирина Зимина напомнила, что судебное решение является обоснованным тогда, когда имеющие значение для дела факты подтверждены исследованными судом доказательствами, удовлетворяющими требованиям закона об их относимости и допустимости, а также тогда, когда оно содержит исчерпывающие выводы суда, вытекающие из установленных фактов.
Эксперт подчеркнула, что решение суда не может основываться на предположениях, которые вытекают из презумпции общности имущества супругов и достижения дочерью покойного дееспособности в полном объеме, поэтому, по ее мнению, при новом рассмотрении дела следует установить, действительно ли истцы добросовестно полагали, что квартира является их собственностью. «С этой целью необходимо выяснить, кто из супругов нес бремя по содержанию квартиры, то есть оплачивал коммунальные расходы, иного совместного имущества супругов, получали ли супруга и дочь умершего налоговые уведомления об оплате налога на имущество за иные объекты имущества, принадлежащие им на праве собственности. Также стоит выяснить, каким образом и с какого момента наследодатель оплачивал налог на недвижимость за спорную квартиру, с учетом того обстоятельства, что право собственности на квартиру в Росреестре было зарегистрировано только в середине сентября 2020 г., а наследодатель умер в октябре 2021 г.», – заключила Ирина Зимина.
